Сказка о голубых принцах

Если вы думаете, что детишкам рассказывают в доступной форме, как (естественным путем) «делаются» и появляются на свет дети, то ошибаетесь — оказывается, школьникам рассказывают об ...однополой любви. Причем для преподавания этого довольно спорного воспитательного курса местный отдел образования приобрел немало учебных пособий, в которых в самой любимой форме для малышей — в виде различных сказок рассказывается о том, что, мол, ну, нет ничего плохого или необычного в том, что «Маша любит Дашу», а «Вася любит Петю». В общем, если вкратце: жил один принц, да все не мог жениться, не нравилась ему ни одна принцесса, как они ни старались. Озарение к принцу пришло, когда очередная невеста посетила его в сопровождении своего брата. Увидел принц принца, и просто сердце зашлось от красоты такой. Короче, поженились принцы и стали жить счастливо...

Конечно, многие родители, особенно из религиозных семей, от этого нововведения испытали, мягко скажем, недоумение — они отнюдь не желали, чтобы первый сексуальный опыт их детей оказался не «гетеро», а «гомо». Сочтя, что школьный курс «секс-просвещения» односторонен, они подали в суд иск о том, что желают просвещать своих детей самостоятельно, согласно традициям своей семьи. Увы, суд в иске отказал, сочтя их претензии необоснованными, и постановил: просвещение детей по «половым вопросам» является прерогативой школы. И точка.

Конечно, в местном отделе образования категорически отрицают, что причиной появления гомоуроков является тот факт, что мэр Берлина — открытый гомосексуалист, состоящий в браке (!) с себе подобным. Мол, никакого влияния на школьный курс он не оказывает, просто детям необходимо пояснять, что «мамы всякие важны», «папы всякие нужны», даже если в «семье» они однополые. Дескать, это просто разные «модели» нормальной (?!) семьи. Причем во всех этих «моделях» присутствуют дети, только непонятно, откуда они там берутся?

Ну, насчет нормы немцы все же погорячились — как утверждают ученые, истинных гомосексуалистов в любом обществе всего лишь определенный процент, около пяти-шести, как и психов. Остальные просто принимают на себя чужую модель поведения, подражая кому-то, потому что это модно, потому что позволяет выделяться в толпе. Так иной раз человек с тяжелыми увечьями находит повод гордиться тем, что он — не такой, как все, без присущих большинству человечества рук, ног или еще чего. Карнеги это называл «ощущением собственной значимости». С подобными проявлениями личности сталкиваются криминалисты, раскрывая необычные преступления, совершенные маньяками, — не такими, как все.

Впрочем, Украина, похоже, уже на пороге «голубых перспектив»: гомосексуальные скандалы все чаще вспыхивают в нашей политике — последним (во временном смысле) был обвинен в пристрастиях к себе подобным бютовец Олег Ляшко, который, в общем-то, не сильно и сопротивлялся таким подозрениям. Тем более что, по слухам, ходящим в кулуарах Верховной Рады, 10% украинских чиновников — нетрадиционной ориентации, а среди нардепов их примерно 45 человек. Да и крымские геи-политики, как в ВС, так и в горсовете Симферополя, не слишком скрывают свое истинное, скажем так, лицо — по крайней мере, «кто есть ху», а кто — совсем наоборот, знают и коллеги, и электорат. Во всяком случае, если и появится по настоянию городских или республиканских властей подобный берлинскому школьный курс однополой любви, нашим Борисам, Константинам и Валериям придется читать лекции исходя исключительно из собственного опыта.